Кто хочет стать коррупционером?

Стандартный портрет российского коррупционера: энергичный, образованный  семьянин 40+ (социология).

Но есть нюансы…

Говорят, 3% коррупции даже полезны для власти и общества – они индикатор непригодности некоторых законов и установок. Например, человек даёт взятку чиновнику, чтобы ускорить прохождение каких-нибудь бумаг или решений, повод пересмотреть бюрократические препоны.

Сразу возникает вопрос – от какой суммы (количества, массы, объёма) исчислять эти три процента? Кто-то знает конкретный факт, когда взятка должностному лицу привела к изменениям в законах? Бла-бла-бла… траулеры с только что выловленной рыбой как стояли в порту по трое суток в ожидании разрешения инспектора на разгрузку (регламент такой), так и стоят, пока не сунешь.

Сейчас в Архангельске проходят три громких дела о коррупции, назовём их - «мусорное», «врачебное», «строительное». Думаете, в региональных корпоративных сообществах испугались или, как минимум, задумались?  Жизненный опыт (всё-таки скоро 70) подсказывает, что ни разу.

Как попадают в коррупционеры? Вместе с назначением на госдолжность, где от тебя что-нибудь зависит, сумма взятки зависит от высоты положения. Если вы работаете в частном секторе, то это будет воровство, мошенничество… но никак не коррупция. И срок меньше, так как не нанёс урон государству. Но есть и свои риски – ограбленные вами могут не побежать жаловаться в правоохранительные органы, а применить физическое наказании, вплоть до смертельного.

Кроме преступления, которое эксперты называют «активной коррупцией». Когда вы даёте взятку (когда берёте это, соответственно, «пассивная коррупция»), то совершаете именно коррупционное преступление .

А как узнать, кому давать, чтобы не попасть впросак (в данном случае, в УБЭП)? Вот как описывают портрет взяточника эксперты Генпрокуратуры – такие люди активны, коммуникабельны, стрессоустойчивы, имеют высшее образование и состоят в браке. Чаще всего это мужчины старше 40 лет, которые не злоупотребляют алкоголем и не склонны к нарушению общественного порядка. То есть, ни разу не те жадюги ярко выраженной «нетитульной» национальности, которых так любят рисовать некоторые карикатуристы.

Наверное, вы тоже слышали от своих знакомых сакраментальное – «и я бы брал взятки, только мне никто не предлагает». А вот мне довелось побывать участником коррупционной схемы, за давностью лет могу рассказать.

1983 год. Подмосковный совхоз «Веселёво». Я – начальник мосфильмовской бригады, этот совхоз наш подшефный. Копеечные работы на полях компенсировались нарядами на молочную ферму, там расценки были совсем другими. На второе моё посещение начальница мясомолочного рая, пронзив проницательным взглядом и выяснив национальную принадлежность (а вдруг, не дай Бог, белорус?!) предложила нехитрую схему – она еженедельно закрывает наряды на 200 рублей больше, чем выполненные работы, я получаю их в колхозной кассе и половину отдаю ей. Для тех лет и тех зарплатах 400 рублей в месяц – очень даже сладко.

Другое дело, что домой эти деньги не доходили – я их весело прогуливал со всей командой. Такова особенность натуры… хорошая или плохая решайте сами.

Позже я выяснил – подобная схема действовала повсеместно там, где закрывались наряды. Поэтому портрет того коррупционера крайне расплывчат, общее только жадные глаза и загребущие руки. И с учётом того, насколько убыточен был тот колхоз (из армии практически никто домой не возвращался). То есть, 800 рублей – серьёзное коррупционное преступление, о котором знал и председатель, но вынужденно молчал, иначе последние разбегутся.

Вернёмся в наше время. Гендерная ситуация в коррупции такова - большинство преступлений коррупционной направленности совершается мужчинами. Объясняется просто – женщины реже попадают на коррупционно-привлекательные должности… такое неравенство по половому признаку. Среди лиц слабого пола убийц больше, чем взяточниц, это вам в любой колонии подтвердят.

То, что корысть основной двигатель коррупции – ясно без слов. Однако только треть взяточников пожаловалась на изначально низкое материальное положение. Нередко мотивами к противоправным действиям были потребность в самоутверждении, повышении своего авторитета, обладании властью, а также месть за несправедливость со стороны руководства и корпоративная солидарность. Лишь четверть коррупционеров считают, что к преступлениям такой направленности толкают низкие морально-нравственные качества.

Сами осужденные за взятки ставят коррупцию на второе место среди главных проблем России, тогда как остальные граждане отводят ей лишь девятое место. То есть, россияне относятся к ней как части своей жизни… или ждут, когда им тоже положат конвертик в кармашек.

Теперь самое интересное. Эксперты правоохранительных органов считают, что активная коррупция (взяткодательство) - самый примитивный и простой, но очень действенный способ населения контролировать власть. Гораздо сложнее это делать через выборы, формирование общественного мнения, выставление требований в рамках Конституции. Граждане смотрят в зеркало и видят себя очень хорошими и приличными, потому что плохие — взяточники, на которых сливается социально-психологический негатив общества. Просто вороватого подвыпившего сантехника из советского киножурнала «Фитиль», толкающего вам финский унитаз, сменил трезвый джентльмен на «Мерседесе»..

Ещё одна важная чисто российская примета. В органах внутренних дел коррупционные проявления встречаются чаще всего — 67% против 58,3% в 2018 году. Следом идут сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний (10,5% против 14,6%), Росгвардии (7,8% против 3,4%) и Федеральной службы судебных приставов (3,9% против 11,5%).

Силовики составляют значительную долю осуждённых за взяточничество - до 34,5% в 2025-м. В 2018 году эта доля была ещё больше - 46,7%.

Ну, а что ещё ждать от страны, где честным дорожным инспекторам ставят памятники?

Перефразируя французского дипломата («Все мы вышли из гоголевской «Шинели»), советские люди выходили из шинели Дзержинского, сейчас ключевые посты занимают их потомки. В позднем СССР воровство («всё вокруг колхозное, всё вокруг моё») и взяточничество (как и двоемыслие в целом) были широко распространены. И подобные нарушения закона не мешали людям считать себя хорошими, порядочными людьми. Советские «коррупционеры» скорее считали свой образ действий следствием существования некоего надежного неформального института («не мы такие, жизнь такая»).

Не буду упоминать прописную истину, что даже в Китае, где за взятки публично расстреливают, коррупция жива. Лучше расскажу анекдот в тему:

- Откуда у вас 8 с лишним миллиардов?
 - Я боролся с коррупцией. Все эти деньги конфискованы, отобраны, а иногда и отвоеваны у коррупционеров.
 - А почему не сдали деньги государству?
 - Я похож на идиота? Если деньги вернуть в бюджет, их опять разворуют те же самые коррупционеры. А значит, дело всей моей жизни пойдет коту под хвост.

Живите честно (хотя бы попытайтесь) и берегите себя. Всем добра!

Леонид Черток

(фото с https://bankstoday.net)