Воруют ВСЕ. Почему фильм «Дело» не доходит до зрителя

О существовании этого кино я узнал непосредственно от его создателя – Алексея Германа-младшего, хотя обращаю внимание на все его работы (признаюсь честно, больше в память о гениальном папе).

Вот этот пост (в запрещенной на территории РФ сети):

- Был у меня такой полнометражный фильм «Дело», участвовал в Особом взгляде Канн, потом начался прокат в России, но прошел фильм очень тихо, скромно, словно слабый вдох во время дождя, а позже без рекламы вышел в сети. Это история филолога, которого коррупционеры городе N под надуманным предлогом посадили под домашний арест. История выживания, предательств, горя и попытки остаться собой.

Фильм, который оказался «в нигде». С таким набором «звёзд» как: Нинидзе , Михалкова, Ходченкова, Паль, Хайруллина…

Конечно, у «Дела» непростая биография. Снималось оно в самый разгар ковида, когда масштабный эпический «Воздух» того же автора попал в вынужденный простой. Снимался в одной декорации (интерьере?), с расходами, разве что, на актёрские гонорары. Но и приглашённые «звёзды» вряд ли жлобствовали… время-то какое было?! 

Соответственно, прокат провис, ниже некуда, хотя и в обычное время массовый зритель не валит валом на авторское кино. Но почему так скромно вели себя стриминговые платформы и кинокритика?! Не тот это случай, чтобы всё сваливать на время и природные катаклизмы.

В сюжете нет чёткой привязки ко времени события. Могло быть вчера (хотя снимали пять лет назад), или в нулевые, или в 90-х. В советское время? Это вряд ли, тогда борцунов-одиночек не под домашний арест сажали, а сразу в психушку на галоперидол.

Сценарная интрига знакомая. Человек назвал мэра вором (не важно, что в соцсети, до 2005-го мог и в местной газете, тогда такое ещё печатали), предъявил градоначальнику украденные деньги на строительстве, о чём, естественно, знает весь город. Но молчит. Как обычно.

Что делать с таким «борцом за чистоту рядов»? Избить люто, дабы неповадно. Это тоже делают, но позже. Для начала заводят ответное уголовное дело и тоже за хищение. Хищение… 15 стульев (отсыл к Ильфу-Петрову?) при подготовке научной конференции. Почему так мудрено? Потому что герой – преподаватель литературы в высшей школе… что ему ещё предъявишь, кроме плагиата на Чернышевского?! 

Мало ли мы видели подобных разоблачений на экране, в каждом втором (если не первом) сериале есть антигерой-коррупционер, который мечтает извести честного мента (журналиста, общественника…) самыми подлыми способами? Но Герман-младший берёт выше, показывая СИСТЕМУ. Ну, или просто закладывая в зрителя сомнения в праведности всей исполнительной власти и народа в целом.

Любой камерный фильм построен на диалогах, «Дело» не исключение. И как вам такое:

- Воровали все и всегда… даже при коммунистах.

Это мать профессора с неподражаемым скрипучим голосом Розы Хайруллиной и таким же неподражаемым отсутствием мимики пытается уговорить сына отступиться (сдаться). И сын ей возражает не примерами честных политиков и собяниных, а политической декларацией:

- Нужна парламентская республика… народовластие, а не трон.

- Мы же не Швейцария, - пожимает плечами мудрая женщина. (Последнее для автора этих строк очень личное, вопрос - «почему мы не в Швейцарии?!» слышал всё советское детство от своей собственной мамы)

То есть, речь не о локальном конфликте интересов в каком-то Задрищенске, а о серьёзном сбое в самой государственной системе. И почему-то сразу пропадают сомнения – это снято о нашем времени, какие там 90-е?! То есть, перед нами политический фильм (даже не памфлет), до этого могу вспомнить только «Левиафан» Звягинцева.

Казалось бы, перед нами во всей трагичности разворачивается история русского интеллигента (с грузинскими корнями), рыцаря без страха и упрёка, да ещё с внешностью, от которой балдеют все студентки.

Как же, он тот ещё душнило, которого не хочет видеть собственная дочь. И жена сбежала к бизнесмену, устав питаться на ужин одними красивыми слова о правде, достоинстве и литературе:

- Мандельштам тоже не мог по-другому!

Знакомая дилемма, что главнее и правильнее – поступиться собственной порядочностью или карьерой? Все участники сюжета выбирают последнее, ибо сохранить и то и то… не в этой стране. Бывшая супруга с болью рассказывает, что в тяжёлые времена воровала на своей медицинской работе дефицитные лекарства на продажу, чтобы прокормить семью, и ушла к человеку, с которым самой не нужно воровать (он сам это прекрасно делает при участии всё того же мэра).

Ну, а что мог воровать профессор филологии? Кто виноват в такой жизни далеко не самых последних членов российского общества, как не власть?

Но и профессор хорош! Мэр-ворюга на него обиделся, в основном, за карикатуру, где он совокупляется со страусом. Филолог не скрывает своего авторства, даже гордится, считает остроумным. Ну, так себе…

Вроде бы перед нами идеалист, положивший на алтарь здоровье (медсестра к нему как на работу), карьеру (уволили с работы), собственную мать (скончалась от инсульта). Но чистого сочувствия к нему не получается, потому что за всеми действиями стоит своеобразная форма эгоизма.

- Я хочу, чтобы не крали.

- Да ладно, вы хотите революции.

А когда ещё воровать, как не в революцию? Правда, филологу и тогда красть нечего будет.

А ещё режиссёр ненавязчиво показал, насколько бесполезны подобные акты протеста. Сейчас популярны малочисленные пикеты, не так ли? Они могут быть разными – под окнами профессора собирается группа проплаченных маргиналов разных возрастов, безбоязненно скандирующая «профессор-вор». За него же самого вышел один из студентов, и тут же оказался в кутузке.

Или следователь, ведущий его дело, любитель Оруэлла (у меня самого был похожий), который на пальцах объясняет всю бесполезность подобного протеста – «мы сами всё знаем, но жить-то надо».

И, конечно, извечный русский вопрос:

- Вы еврей?

- На капельку.

«Дело» закончится хорошо для главного героя, но плохо для российского общества в целом – у нас сажают выборочно и мелких сошек.

А разве в России когда-то было по-другому?

Леонид Черток