Вверх
Информационно-аналитический портал
Работаем с 2003 года.

Спаси и сохрани

В жизни всякое случается. Приятель, которого знал в детстве заводилой игр, весёлый и бесшабашный в юности, любитель выпить и закусить в студенческую пору, ходок «налево» в двух браках, делавший успешную карьеру финансиста вдруг стал священником.

   Спросил его: - Почему? 


   Ответил вопросом - Слова из песни про Кудеяра-разбойника помнишь: «совесть Господь пробудил»?  Вот и я грешный начинаю просыпаться.

    …Встретились через десять лет. Из столицы, где служил в храме при старом кладбище, на похороны тёти он прибыл. Навестил и меня.    
 
     Помянули тётушку, вспомнили общих знакомых, новости городские обсудили. Что-то неуловимо «иное», «другое» проступало в знакомом вроде бы облике давнего друга.  Печаль в глазах? Пожалуй, она самая.

   Спросил о его новой жизни. Вздохнул собеседник и повёл рассказ.

    - Служение начал я в деревенском храме, перевели потом в городок районный, три года назад в Москву назначили. Познакомился с интересными, умными людьми. Приходят они в храм, ища ответы на вопросы мучительные. Находят ли? Не всегда в том уверен.

   В деревне бабулька спросит о том, как ей готовиться к смерти, ребёнка окрестишь, изредка венчаешь, службы ведёшь. И землю для пропитания обрабатываешь.  Как все прихожане. Не так уж и много их. По праздникам храм наполняется «захожанами». Основная масса людей, числящих себя православными, относится, увы, по сути своей, к «прохожанам».  Почему так происходит, откуда равнодушие в людях к Церкви? Почему многие из тех, кто заходит в храм, принимают его за собес или страховую компанию? Поставят свечку, закажут молебен за здравие или за упокой и всё это как-то деловито, между прочим. К Творцу обращаются лишь с просьбами: помоги разбогатеть, сделай красивой, дай мужа, избавь от телесной болезни, спаси от разорения, бросили, словно откупились от ГАИ, деньги в ящик на ремонт храма, сели в освящённый автомобиль и укатили грешить дальше.

  Трудно даются ответы, не все они радостные, неприглядной бывает правда. Но знать её надо, иначе будет ещё хуже. 

  Ты, помнится, спросил меня о том, почему я ушёл из мира.  Про Кудеяра тогда сказал, не ведая, что ожидает на дороге от окаянности к покаянности. Одним звуком различаются слова, да путь между ними долог и тернист. Сейчас знаю одно: веры, которой тогда у меня было чуть-чуть, прибавилось кратно. Хочу надеяться, будет она и дальше прирастать. Укрепляюсь в этом чувстве ещё и после встреч с некоторыми людьми. Об одной, недавней хотел бы поведать.   

    После утренней службы обратилась ко мне бабушка из числа добровольных помощниц: - Вас желает видеть человек, просит выйти к нему, ждёт возле могилы архирея.

    Вышел на улицу. Со скамейки поднялся среднего роста и телосложения, с серыми глазами и волосами, в серых брюках и рубашке, весь какой-то усреднённый, сутулый человек лет пятидесяти с небольшим. Поздоровался еле слышно, извинился:   - Простите,  именно вас я хотел увидеть.

   - Я не против. Чем могу помочь?
 
   - А мне ваша помощь не нужна. Просто выслушаете меня. ...Как человек.

  Присели на скамейку. Незнакомец прокашлялся, будто на трибуне перед чтением доклада, и начал повествование.

   - Родился я в фабричном городке. Мать – санитарка, отец – слесарь в домоуправлении. Есть у меня и сестра младшая. Учился в школе так себе. Не было способностей. Раз нет, решил для себя – общественной работой буду добирать блага жизненные. Комсорг класса, потом и школы. Уловил, что нужно вышестоящим товарищам: дисциплина, порядок, все бумаги оформлены по правилам, взносы собраны до копеечки, мероприятия организованы строго по плану.

   После школы поступил в педагогический институт. Конкурс там для парней чисто формальный, взяли с тройками. Учёбой и здесь не блеснул. Пришлось снова нажимать на общественную работу: комсорг группы, затем курса, в конце учёбы и всего института. В школу, понятное дело, работать не пошёл. После выпуска в райком комсомола взяли на должность инструктора.

     Ездил по учебным заведениям, колхозам, предприятиям.  А там пьянки с проверяемыми, гулянки с активистками, анекдоты про Леонида Ильича и прочее идеологическое разложение. Завёл кой-какие связи в партийных органах. Ездил за границу. Оттуда привозил шмотки, перепродавал их.

   И вдруг всё начало рушиться. «Перестройка», будь она не ладна, прикатила!

   Так думал тогда. А потом огляделся - да нет, вроде бы что-то в этой мутной воде можно выловить.  Организовали с приятелем первый кооперативный видеосалон. Катили народу «клубничку», боевики с голосом переводчика-сифилитика, зарубежные комедии. В общем,  на жизнь хватало. ...Если бы не появившиеся неведомо откуда «братки» с фиксами в зубах. Сказали: «делиться надо!»
    Попытались отказаться. На первый раз «слегка» подожгли здание салона. Второго раза не потребовалось. Пришлось «отстёгивать» им долю от дохода.  Так перебивались с хлеба на квас ещё несколько лет.

    Так бы и влачил жалкое существование, если бы не удачная женитьба. Отец супруги имущественными делами занимался. В советские времена его никто в упор не замечал. Чиновники из других управлений, я уж не говорю про обкомовских бонз, разговаривали с ним «через губу».
   Но началась приватизация, или как её в народе окрестили - «прихватизация». И мой тесть оказался «на коне».
   Те, кто его недавно за человека не считали, танцевали перед ним на «цырлах», заглядывали в глаза, словно нашкодившие собачонки.

   Начались залоговые аукционы. И тесть ввёл меня в мельчайшие подробности их устройства, подсказал, как обойти выстроенные им же препятствия, помог взять у государства деньги и на них же выкупить по смехотворной цене акции завода.
Государство в итоге осталось у меня ещё и в долгу.

   А я - простой парень из обычной советской семьи в одночасье стал хозяином немалого предприятия. Если бы ещё месяц назад кто-нибудь назвал меня буржуем, то схлопотал бы по морде. Оказавшись в нужное время, в нужном месте стал я натуральным капиталистом. Повезло.

   Только не долго длилась эйфория. На заводе кончилось сырьё, поскольку смежники стали разоряться. Многие из них отъехали со своими странами за новые границы. Заказов никаких, зарплаты нет. Вспомнил фильмы про октябрь семнадцатого, ещё немного и работяги поднимут меня на штыки.

   Помощь пришла с неожиданной стороны - «братки», из уцелевших в бойне девяностых, повзрослели, вытащили фиксы из зубов и предложили услуги по «разруливанию» ситуации. За это пришлось взять их в долю. Как уж они крутились, запрещал себе думать об этом, но дела пошли веселее.

   А тут снова обвал - закончились у государства наличные деньги. Начались бартерные и зачётные операции. Система их проста: я должен налоги в бюджет, мне должны за поставленный товар, им должны бюджетные организации за мазут, бюджетным организациям должен бюджет на их содержание. Взаимные долги всем участникам цепочки решением финансовых и налоговых органов зачитывались. Живи дальше!

      Многие в те времена сколотили капиталы на зачётах. Чиновники брали проценты за «помощь» в прохождении бумаг. Появились фирмочки без вывесок, с большим количеством бланков и печатей существующих и несуществующих предприятий.
 
    Я, грешным делом, завёл несколько таких «прачечных». Настирали тогда денег до дури,  заселили «рублёвки» в Москве и других весях рассейских - вперемешку «новые русские», чиновники, «братки», менты и «воры в законе».

  Закончились времена безденежья. Рубль начал укрепляться. Налоги даже пришлось платить.  Чтобы увеличить свой доход урезал работягам зарплату, химичил с налогами, фирмы подставные завёл для прокручивания и мнимого возврата налога на добавленную стоимость.

   Становился богаче, а жизнь всё тревожнее.  От греха подальше отправил жену и детей на постоянное место жительства в тёплую страну. Не пожалел денег на пиарщиков и водку для избирателей, залез в Думу - неприкосновенность не помешает.

   Вроде бы жизнь устаканилась, но от каждого ночного шороха сходил с ума. Появились рейдеры – захватчики предприятий. Увеличил охрану. Всё равно страшно.

   Однажды ночью вырубился ненадолго и сон вижу: седой, косматый дядька тянет ко мне костлявые руки, задушить хочет. … Просыпаюсь сырой от пота. Засну – опять этот молчаливый мужик! Транквилизаторы горстями начал глотать.

   Родители мои жили в том же городишке. Я им и сестре не раз предлагал квартиры и особняки в Москве, но они, как и от денег, категорически отказывались.

Пришлось как-то по делам фирмы заехать на родину, зашёл к родителям. Пока мама чай готовила, фотоальбом, лежавший на столе, в руки взял. Из него выпала старая, пожелтевшая фотокарточка. Поднял,  глянул. И чуть сам не упал - тот самый мужик, из моих снов сердито глядит на меня из-под косматых бровей!

   Я к отцу: - Батя, это кто?

   - Да это же твой прадед.

  Спрашиваю: - А кто он был? 

- Да уж не буржуем, работягой вкалывал на заводе, которым ты теперь владеешь, - отвечает.

 Будто разум помутился в моей голове: это ж надо, мой прадед хочет меня удавить!

   Задумался: Если на белом свете ему не удастся, то на том, если он есть, придётся отвечать перед ним и всей роднёй! А если не только перед ними?

   И впервые за много лет бега от самого себя, задал вопрос: какой ценой ты - посредственный человечишко, возвысился над другими людьми? Сам себе ответил: ценой душегубства! Совесть свою отключил, душу заглушил. Всё делал, чтобы слаще жрать, пить, мягче спать, ублажать похотливую натуру! Всё для тела! И ничего для души! Жена, дети? Чужие давно, потребленцы, такие же хрюкающие, жрущие туловища. … Зачем, для чего жил?

   Вернулся в пустой особняк. Тоска. Прямо из горлышка высосал бутылку вискаря. Вырубился. Под утро приснился прадед: глядит жалостливо, молчит, головой седой мотнул и душевно так говорит: - Дурак ты, парень. Бросай всё и убегай, пока цел. Душа твоя, может быть, ещё и спасётся?

    Проснулся в слезах. С детства не плакал, а тут, будто плотину прорвало. Сигарету выкурил до фильтра, кожей палёной запахло, очнулся. И словно на распутье встал. Что делать, как жить дальше? ...Не знаю.

    Замолчал рассказчик, обхватил руками низко опущенную голову, затем, медленно подняв её, устало произнёс: - Спасибо. Пойду я. 

    Силуэт незнакомца растворился в проёме кладбищенских ворот.

    Господи, спаси и сохрани души грешные!

Александр Чашев

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Как сделать ремонт? Как укрепить ресницы? Как подтянуть тело к лету? Эти и многие другие вопросы можно получить из источника. Узнайте, как сделать правильно!


Добавление комментария

  • Имя:

  • E-Mail:

  • Комментарий:

  • Введите код:

    Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

ЧертоК взгляд

все итоги

За кулисами политики


все материалы

ПроКино


все обзоры

Жизнь


все материалы

По планете с Ириной Скалиной

все материалы

Кулинарные путешествия


все статьи

Архивы

Апрель 2017 (217)
Март 2017 (249)
Февраль 2017 (225)
Январь 2017 (199)
Декабрь 2016 (233)
Ноябрь 2016 (180)





Деньги


все материалы
«    Апрель 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Верую


все статьи

Общество


все материалы

Литературная гостиная

все материалы

Разное

все материалы

Реклама



Дополнительные материалы
Полезное

Свидетельство СМИ: ИА ФС 77-27670 от 26.03.2007. Выдано ФС по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия.