Вверх
Информационно-аналитический портал
Работаем с 2003 года.

Давид ГОЛОЩЕКИН: «Настоящий джазмен – это человек, готовый на любую авантюру!»

- Давид Семенович, как родился этот проект с Андреем Кондаковым? Вы все-таки принадлежите и к разным поколениям, и, если можно так выразиться, музыкальным ориентациям… - У этого «проекта» нет никакой истории! Мы просто оба настоящие джазовые музыканты, а это означает склонность к спонтанному музицированию – джаз сам по себе спонтанное искусство. Мы сложившиеся джазовые личности, по большому счету, люди одной формации, хотя Андрей, может быть, человек более расширивший свои интересы в музыке, склонный к экспериментам, как теоретик и композитор. Одним словом, мы одного поля ягоды и нам не нужны репетиции – мы даже не обсуждали репертуар! Истинный джазмен – это человек готовый на любую авантюру! - По поводу вашей скрипки – это та же самая знаменитая YAMAHA? - Да, это замечательный инструмент, который не раз вводил в заблуждение даже Спивакова, он слушал мою новую пластинку, был поражен звуком скрипки, позвонил мне и спросил: что это за инструмент, ты ведь не мог купить Страдивари?! Что за мастер – француз, итальянец, немец? Я говорю: японец! Ямаха его зовут! Вообще эта скрипка специально создана для джаза, на нем прекрасно и классику играть, но настоящие снобы, вроде того же Спивакова, никогда себе это не позволят! В джазе огромная амплитуда динамики, и на простой скрипке, пусть даже усиленной микрофоном, его играть невозможно – часть звуков все равно пропадет. А электронная скрипка позволяет сделать так, что слышен каждый звук, этот инструмент, кстати, - приз, который я получил на одном из скандинавских фестивалей вместе со званием «Лучший джазовый скрипач Европы». Вообще скрипка остается моим основным инструментом, это главный инструмент в моем образовании. Но это не значит, что по ходу концерта я не могу сыграть на чем-то еще – причем это никогда не планируется, а исходит из ситуации, моего желания и потребностей момента. Конечно, это делается не для того, чтобы удивить публику и продемонстрировать, что я могу играть на большинстве инструментов. - Кстати, насколько я знаю, со Спиваковым вы сидели в школе за одной партой. Как вы с ним ладили в те годы? Кто у кого списывал на уроках? - У нас была колоссальная мальчишеская дружба, конечно, мы никогда не дрались, но действительно списывали друг у друга, хулиганили вместе, вместе придумывали проекты как сорвать уроки, ходили друг к другу в гости – все это было. Класс у нас был маленький – школа-то специальная, из нее вышло много известных музыкантов. Мы были и остаемся очень близкими по духу людьми, хотя прошло уже столько времени. Мы до сих пор дружим, хотя встречаться получается не часто. - Как-то вы упомянули о том, что в джазе для вас три главных авторитета – Луи Армстронг, Дюк Эллингтон и Майлс Дэвис. После них, на ваш взгляд, джаз не шагнул вперед? - Конечно, с точки зрения теории он развивался – но для меня, как джазмена, нет! На Колтрейне и Дэвисе все остановилось – мне стало не интересно, ведь я отношусь к джазу не как к технологии, а как к музыке, звукам, которые обращены к людям, для меня искусство вообще – это обращение одного человека к другим. Это, по сути, еще один язык помимо речи – и если этот язык мне не понятен, значит, либо я его просто не изучил, либо его просто в природе не существует – абракадабра! Я слушаю эту музыку – и не понимаю ее, возможно, я просто для нее не создан – хотя для нее могут быть созданы другие! Конечно, я слежу за всеми новыми течениями в джазе, я обязан это делать как преподаватель, и как радиоведущий – вот уже 15 лет делаю собственные программы. Естественно, я имею на все собственную точку зрения и собственный вкус, который я стараюсь внедрять. Хочу, чтобы мои радиослушатели и студенты, даже с точки зрения современных понятий о джазе, смогли понять преимущества того джаза, который я считаю искренним. Я горжусь тем, что я консерватор, и с этих позиций отстаиваю основные постулаты джаза – я верю в это! - Вам в жизни посчастливилось играть со многими великими музыкантами. Вы помните то историческое выступление с Дюком Эллингтоном? - Я многое, что забыл, но это забыть невозможно, конечно, я до сих пор все помню до мельчайших подробностей, это само собой. Главное другое – то, что он не забыл! Все наше общение, правда, заключалось только в совместной игре и его объятиях! Это была очень официальная обстановка, 1971 год, Дом Дружбы, в котором позволялось «дружить» с иностранцами – но только пару часов и под наблюдением КГБ! Было огромное количество чиновников, и мне было предложено, вернее, приказано, сыграть для Эллингтона получасовую программу со своими друзьями. Конечно, отказываться мы не собирались. Это была возможность встретиться с Легендой – ведь пять его ленинградских концертов они исключали возможность даже близко к нему подойти! И вот мы сыграли перед ним. После того, как наши последние аккорды стихли – а я играл на фортепиано – он поднялся на сцену и произнес слова, которые тут же были подхвачены переводчицей: «После выступления такого блестящего пианиста я нуждаюсь в реабилитации!» Он сел за инструмент, заиграл известную пьесу «Атласные куклы», но наш контрабасист, суперпрофессионал, был в таком шоке от живого Эллингтона в метре от себя, что забыл гармонию и всучил контрабас мне в руки. Я подхватил инструмент – я играл на нем с 16 лет – и заиграл. Дюк повернулся ко мне, очень удивился – я ведь только что для него на фортепиано полчаса играл! Через какое-то время наш контрабасист пришел в себя, и выхватил у меня инструмент – как же не сыграть с великим Эллингтоном. Я оказался не у дел, побежал за кулисы, принес флюгельгорн, и, дождавшись момента, заиграл соло, снова за спиной мэтра. Он снова был очень удивлен. Потом на сцене появились музыканты оркестра Эллингтона, начался настоящий джем-сейшн, я совсем осмелел, вернее – обнаглел, и взял скрипку! Дюк услышал скрипку, повернулся, увидел меня – и бросил играть. Подошел ко мне, сказал: «Ну, ты гангстер! Если ты приедешь в Нью-Йорк, мы все останемся без работы!» Потом мы сыграли еще две или три темы, а потом к нам подошли официальные лица и сказали, что пора закругляться, - в общем, мы с ним даже не попрощались. Они ушли, а я так и остался стоять, не понимая, сон это был, или нет. Ко мне подходили чиновники, которых согнали на этот концерт, и говорили: «Ну, Давид, ну ты дал, победил Эллингтона!» По их мнению, это был бой гладиаторов, в котором я вышел победителем! Потом я продолжал ходить на его концерты, естественно, даже не пытаясь к нему подойти, потом он уехал, а в 1974 году умер. И уже позже мне показали изданную в Америке автобиографическую книгу Эллингтона «Музыка – моя любовница», на одной из страниц которой была моя фотография с Дюком с того самого концерта! Фото сделал корреспондент «Нью-Йорк Таймс», она очень смешная – хорошо виден задник сцены, на котором надпись «Идеи Ленина живут и побеждают» и профиль вождя! В книге также есть несколько фраз Эллингтона обо мне: мол, на рояле он играет так, как многие у нас в Америке (это уже был для меня большой комплимент!), на флюгельгорне он играет просто здорово, а на скрипке – виртуозно! - Со своими концертами вы потом часто бывали в Америке. Популярен ли джаз на своей исторической родине? - Когда я первый раз ехал туда, я просто бредил Америкой. Был уверен, что джаз там в невероятном почете, - само обилие музыкантов, на которых мы все здесь учились, говорило само за себя. Но я был разочарован, узнав, что сегодня в Америке любителей джаза совсем не так много, отношение государства к этой музыке самое отвратительное – по сути, никакой поддержки джазового искусства – единственного искусства, которое дала Америка мировой культуре! – в принципе нет. Все существует на любительском уровне – общества, клубы, меценаты, и огромное количество отличных музыкантов, которые не могут найти никакого спроса на собственную музыку – не все же Армстронги и Эллингтоны! Стоит отъехать от Нью-Йорка или Чикаго на 100 километров – вы не найдете никакого джазового клуба! Положение гораздо хуже, чем, скажем, во Франции, даже у нас в стране с этим обстоит лучше, - в бюджеты некоторых городов включена поддержка джазового искусства. Хотя, конечно, джазовое образование в Америке поставлено отлично. - Созданная вами в Санкт-Петербурге Филармония джазовой музыки – уникальна, такого нет больше нигде в мире. В чем была главная идея ее появления? - Моей главной целью была именно пропаганда джаза, музыкальное просвещение. Этим названием мне удалось убедить правительство Петербурга, чтобы нас финансировал как любое подобное учреждение культуры. Пред тем, как остановиться на слове Филармония, готовя устав новой организации, я открыл толковый словарь, и посмотрел значение этого слова. Оказалось, что филармония по определению - это организация, предназначенная для пропаганды музыкального искусства – и не обязательно классического! Наша работа лишь отчасти напоминает клуб, - но в таком случае большой зал имени Шостаковича тоже клуб! У нас проходят тематические концерты, и вот уже 15 лет на деньги, которое дает нам государство, мы успешно пропагандируем джазовую музыку, наша филармония занимает одно из первых мест по посещаемости среди культурных учреждений города! Мне важно, чтобы любой человек смог прийти и попытаться узнать, что такое джаз. - Сегодня статус джазового музыканта в России вырос, например, ваш ученик Игорь Бутман принимает Государственную премию из рук президента Путина. А вы вхожи в кабинеты власти? - Ну, учитывая то, что я советник губернатора по культуре и заместитель секретаря Союза концертных деятелей России, можно сказать, что я вообще чиновник! (смеется). Если же серьезно, то я уже 44 года в профессиональном джазе, и я никогда не лез ни в какую правительственную элиту. При коммунистах это просто было невозможно, ну а после прихода так называемой демократии я тоже специально никуда не лез. В 1989 году, когда мне, по сути, пришлось спасать питерский джаз, Валентина Ивановна Матвиенко, ведавшая в то время культурой в городе, поверила в мою серьезностью и помогла мне открыть Филармонию. Мы были знакомы по работе во Дворце молодежи, тому же она высококультурный человек, всегда любила джаз, до сих пор, уже будучи губернатором, она часто бывает в нашей Филармонии джазовой музыки. Я, действительно, никогда ничего лично для себя не просил, меня выдвигали на всяческие звания и награды, дали несколько премий, - все сваливалось на меня, как снег на голову. Наверное, нужно просто снискать уважение своей жизнью и творчеством – я не конъюнктурный человек, и всегда служил только джазу! И недавно, когда было мое шестидесятилетие, Матвиенко мне сказала: я очень тебя уважаю и очень тебе благодарна за то, что все эти годы ты никогда ничего не просил! Наша справка: ГОЛОЩЕКИН Давид Семенович родился 10 июня 1944 года в Москве. Окончил музыкальную школу при ленинградской консерватории по классу скрипки, дебютировал в джазе как контрабасист университетского квартета, затем играл на пианино в оркестре Иосифа Вайнштейна, 1966-67 годах был музыкантом московского биг-бенда Эдди Рознера, затем вернулся в Ленинград. В качестве солиста сотрудничал с оркестрами Олега Лундстрема, Михаила Финберга, многими зарубежными ансамблями. В 1989 году организовал первую в мире Государственную филармонию джазовой музыки, в которой практически ежедневно предоставлял сцену лучшим коллективам города, а в 1994 году стал организатором ежегодного международного фестиваля «Свинг белой ночи». Сотрудничал и выступал на одной сцене с многими отечественными и зарубежными музыкантами, в числе которых, Диззи Гиллеспи, Билли Тейлор, Эдди Гомез, Вуди Шоу и другие. Голощекин также вошел в историю советского и российского джаза как самый издаваемый в стране музыкант и композитор, он является автором музыки к спектаклям и кинофильмам – например, «Когда святые маршируют».
Алексей М. ШЕПТУНОВ Специально для «Русского Севера»
ФОТО автора
 
 
 
 
 
Джаз - особое искусство. Многие считают, что его не всем дано понять. На самом деле это не так. Джазовая музыка разнообразна, имеет много стилей и направлений. Слушать джаз – это найти соул и фанк, блюз и бибоп, босса-нову, свинг и фьюжн на сайте jazzmusic.in. Биографии известных исполнителей и свежие новости.

За кулисами политики


все материалы

ПроКино


все обзоры

Жизнь


все материалы

Кулинарные путешествия


все статьи

Литературная гостиная

все материалы

Архивы

Июнь 2024 (207)
Май 2024 (346)
Апрель 2024 (354)
Март 2024 (330)
Февраль 2024 (317)
Январь 2024 (319)







Деньги


все материалы
«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Спонсор рубрики
"Северодвинский торговый центр"

Верую


все статьи

Общество


все материалы

Разное

все материалы

Реклама



Дополнительные материалы
Полезное

Сетевое издание "Информационное агентство "Руснорд"
Свидетельство СМИ: Эл № ФС77-81713 от 10.11.2021. Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций.
Адрес: 163000, Архангельская обл., г. Архангельск, ул. Володарского, д. 14, кв. 114
Учредитель: Черток Л.Л. Главный редактор: Черток Л.Л. E-mail: tchertochok@yandex.ru. Тел. (964) 298-42-20