Вверх
Информационно-аналитический портал
Работаем с 2003 года.

Архимандрит Трифон: Душа моя приняла Сийскую обитель

Господь ведет меня по жизни. И даже исполняет некие сокровенные желания. В монашество постригал владыка Исидор, он возглавлял Архангельскую и Холмогорскую епархию, а ныне митрополит Екатеринодарский и Кубанский (отошел ко Господу 08.08.2020 — прим. ред.). Действующих монастырей тогда на Севере ещё не было, старые разрушенные только-только начали передавать церкви. В общем, я оставался монахом в миру. Между тем, понятны же были наставления святых отцов: монах без монастыря, что рыба без воды.

Как не согласиться? А с другой стороны в душе маячил вопрос — выдержу ли, сбегу сам, а может и выгонят… характер-то свой знаю, не подарок. У старца в Троице-Сергиевой лавре искал благословения, а он спросил, готов ли я к монастырской жизни. Через год-другой — снова ответ: «Погоди еще». И я продолжал служить в сельском храме села Иб в Коми Республике (тогда АССР). Всё у меня там складывалось хорошо, стал настоятелем, приход сложился небольшой, но крепкий, кроме местных жителей окрестных деревень, каждые выходные приезжали верующие из Сыктывкара. В основном, это была молодежь: педагоги, журналисты, издатели… многие и крещение у нас принимали. Строили колокольню, получили землю под приходской центр со школой, стали даже издавать православную газету «Вера», название на языке коми — «Эском», она до сих пор существует и выходит немалым тиражом.

Время бежало, почти девять лет провел я в селе Иб, а желание оказаться в монастыре не ослабевало, усиливалось. Когда на Архангельскую кафедру вступил епископ Пантелеимон, он почти сразу меня пригласил и предложил возглавить Соловецкий монастырь. Сразу появился порыв согласиться, тем более вспомнилось, что Соловецкая обитель была самым первым монастырем, который я в жизни увидел, ещё в школьные советские годы. Тогда поразил меня своей мощью и величием соловецкий кремль. Я вспомнил свои впечатления от той экскурсии, безусловно повлиявшей на мою дальнейшую жизнь. И вот в этот монастырь меня теперь звали. Чего ещё желать? И тогда, и до сих пор Соловки для меня, наверное, как первая любовь. Но при всей привязанности к той святой обители, не ощущал я, что это мой путь. Остался на своем сельском приходе.

А ещё помню неслучайное и неисчезающее желание жить, служить, обитать в среде старинной русской церковной архитектуры, и чтобы хоть одна арочка была. Арки добавляют таинственности.

И тут, довольно неожиданно, без объяснения цели, владыка Пантелеимон опять вызывает меня в Архангельск. Теперь предлагает взяться за возрождение Сийской обители. Про монастырь на Сие я ничего никогда не читал и не слышал. Что там, как там? А вдруг приеду туда, а место мне не придётся по душе? А уже дашь согласие... И когда с духовником посоветоваться? Тем не менее, внутри почему-то уже созрело согласие.

Епископа Пантелеимона нельзя было назвать человеком эмоциональным, но потому, как быстро его помощница собрала нам в дорогу корзину с продуктами, чтобы мы сразу же выехали в монастырь, можно было предположить: своим ответом я доставил-таки владыке удовольствие. Ещё на подъезде к обители, в районе места для отдыха на берегу одного из озер, мною овладела мысль, что в эти края я прибыл надолго. Срок оказался в 19 лет.

Когда мы въехали на территорию полуострова, окруженного Большим Михайловым озером, я увидел два бетонных свайных поля, затем — полуразрушенный, но сохранивший величественность единственный и неповторимый средневековый ансамбль Свято-Троицкого Антониево-Сийского монастыря. Тут-то и успокоился я окончательно. Вот и арка под ризницей между Троицким собором и Трапезной палатой. Потом мы и вторую открыли, разобрав кирпичи, въездную — под Сергиевским храмом. Душа моя приняла обитель. И хотелось, чтобы монастырь с его покровителем и первоначальником — преподобным Антонием Сийским —также не отринули меня.

«Господи помилуй» — первое разученное песнопение

Это было лето 1992 года. Новая история обители началась со следующего: только что назначенного настоятеля и единственного его послушника сотрудники детского лагеря поселили в главный двухэтажный деревянный корпус, где располагалась санчасть, чуть раньше здесь была обкомовская дача. Выделили две комнаты на первом этаже, правда, и одной хватило бы, коек в ней было много. Между епархией и первым автопредприятием, которому принадлежал пионерский лагерь, существовала договоренность, что мы вступаем в свои права, и нам передают все здания, ничего из них не изымая, но только после окончания сезона и второй лагерной смены. До той поры мы приезжали лишь по временам и ненадолго.

Во дворе монастыря оставались две гипсовые скульптуры пионеров. Чтобы не прослыть вандалами и разрушителями, вывезти их мы попросили администрацию АТП-1, к тому же нам самим и не на чем было. Помню, как сейчас, везут на грузовике пионеров — трубача и знаменосца, а они, как живые, покачиваются, словно прощаясь.

 

Начинался монастырь и с того, что петь на службе было некому, никто не умел. Поначалу служили молебны. «Господи, помилуй» — пожалуй, первое из разученных песнопений.

Памятен пожар в старинной Трапезной палате монастыря в ночь на 22 августа. А 23-го мы должны были встречать Святейшего Патриарха Алексия II. Довелось мне Предстоятелю в течение часа всё показывать и рассказывать. Кстати, он расценил пожар, как Волю Божию и сказал собравшимся: «Накануне нашего прибытия в обитель здесь случился пожар, но я не думаю, что это бедствие должно служить для нас препятствием. Во всем действует Промысел Божий. Пожар, произошедший несколько лет назад в Московских Духовных школах, сплотил силы учащих и учащихся для восстановления поврежденного огнем. Пожар, который был в Малом соборе Донского монастыря, привел к обретению мощей святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, так как, если бы надгробие на его могиле не пострадало от огня, мы, может быть, и не решились проводить раскопки... Я думаю, пожар в Сийском монастыре поможет сплотить людей для возрождения этой красивейшей обители».

На Покров нам впервые удалось совершить Божественную литургию в Сергиевском храме, светлом и воздушном. Ни иконостаса, ни певчих своих не было, пришлось доставить самолетом из Сыктывкара.

От больших денег Господь берёг

В самом начале, летом 1992 года из братии был только один приехавший вместе со мной послушник. Немногочисленные трудники, паломники в монастыре стали появляться позже. В Архангельске я ещё никого не знал. В июне меня назначили настоятелем, а в июле удалось собрать первую организованную группу помощников в 12 человек всё из того же Сыктывкара: проще было привезти людей издалека. Трудились первые паломники очень организованно несколько недель. Кстати, из этой группы — удивительное дело — вышли в будущем иеромонах, два игумена, схимонахиня, протоиерей и еще староста храма. Постепенно стали знакомиться с местными из окрестных деревень — Емецка и Сии. Общаясь по разным хозяйственным, организационным, юридическим и другим вопросам, обретали помощников. Позже появились благотворители, имеющие средства и желание помогать. Первым, пожалуй, таким бладетелем стал Виталий Востряков, президент Коми Банка, который в 1993 году купил монастырю новый трактор «Беларусь». Добрым помощником обители стал Владимир Шаронов. С его помощью мы стали издавать небольшого размера краткие молитвословы (тиражом в двадцать пять тысяч), изготавливать иконы в рамках, печатать на нетканой основе погребальные покрывала и многое другое. Щедро помогала обители от трудов своих Светлана Новоселова. Нельзя не помянуть и наших неутомимых мирян. Александр Карушев — надежный, преданный монастырю человек — и регент, и главный бухгалтер, и письмоводитель, и краевед-исследователь, и издатель. Нина Киселева — журналист, автор первых православных телепередач. Иконописцы, настоящие мастера Сергей Егоров и Игорь Лапин, журналисты Нина Орлова и ее сын Сергей Климов, потрудившиеся на ниве просвещения Лариса и Виктор Толкачевы, Елена Чувакова, Татьяна Баженова, Татьяна Галилюк, Светлана и Владимир Никитины, и многие, многие другие.

В основном же дело возрождения шло по такой траектории: Господь берёг нас, что называется, от больших денег. Возможно потому, что взрастить дружную, единодушную братию в достатке сложнее. Но необходимое для жизни и трудов, было. Помощь Божия никогда нас не оставляла. В житии преподобного Антония Сийского рассказывается, что однажды из-за недостатка пищи братия готова была разойтись. Таких трудностей конечно не было.

Ступеньки иноческого жития

Оказывается, в 2001 году, через девять лет после возрождения Сийского монастыря, братии в обители было почти столько же, как в XIX веке. Я об этом узнал совсем недавно. Ну, или не обратил в своё время на это внимание настолько, чтобы запомнить. Надо сказать, число иноков мы никогда как-то особо и специально не стремились увеличивать. Братия вызревала постепенно, проходя ступеньку за ступенькой: трудник, кафтанный послушник, послушник, послушник рясофорный, инок, а уж потом — монах, малая схима. По нескольку лет преодолевали эти ступеньки желающие «жития иноческого», монашеского. И я в их лице обретал надежных помощников, единомышленников. Первый из них, по делам, а не по времени, — игумен Варлаам (Дульский). Игумен Леонтий (Эйзенман). Игумен Варсонофий (Чугунов) с братом, будущим иеромонахом Иеремией. Тогда иеродиакон, а теперь — иеромонах Феофил (Волик), иеромонах Прохор (Кузнецов). И многие другие. Кто-то уходил из монастыря по разным причинам, бывало и по несогласию с настоятелем, наверное, и я не всегда был прав, тоже учился, набивая шишки себе и другим.

Слава Богу за всё

Так в своё время мы назвали большой монастырский альбом, рассказывающий о жизни Сийской обители. Никогда не подводил итоги своего настоятельства, но слушая о них от других и сам удивляюсь: милостив Господь, только по обращению к Нему и по молитвенным просьбам к основателю монастыря преподобному Антонию, чьи мощи покоятся под спудом в Свято-Троицком храме, удалось возродить здесь жизнь.

Восстановить, пусть и не все, храмы, оградить их от разрушения. Открыта библиотека, иконописная мастерская, издается газета «Духовный сеятель», альманах «Сийский хронограф», создается церковно-археологический музей, ведется активная работа по канонизации Архангельских святых, открываются подворья в Санкт-Петербурге, Холмогорах, Емецке и Архангельске…

Первые лет десять мы как-то не особо обращали внимание на внешнее состояние обители, что могли — делали. Акцент был на другом, да и средств особых не было. Радовалась душа тому, что постепенно перешли к ежедневному совершению Литургии и полного суточного богослужебного круга. Однако, самым, пожалуй, главным для себя я всегда считал формирование братии. У нас не было, за редким исключением, специальных поваров, а нанятых и подавно, не было и уборщиц. Всё делали сами. Что вырастили, сварили, то и съели. Как убрали — такой и порядок. Это и есть два крыла монашества — труд и молитва. Старались назидаться Священным Писанием, святоотеческой литературой. Можно сказать, шли, нащупывая путь, сверяя его с преподобными отцами. Душа радовалась, что сам я, наконец-то, обретаюсь в монастыре, что братия крепла. А позже и то радовало, что в меру сил и появлявшихся возможностей удалось преобразить и внешний вид обители. Слава Богу за всё!

(по материалам Архангельской епархии)


ЧертоК взгляд

все итоги

За кулисами политики


все материалы

ПроКино


все обзоры

Жизнь


все материалы

Кулинарные путешествия


все статьи

Архивы

Сентябрь 2020 (259)
Август 2020 (292)
Июль 2020 (303)
Июнь 2020 (303)
Май 2020 (296)
Апрель 2020 (299)



Деньги


все материалы
«    Сентябрь 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
282930 

Спонсор рубрики
"Северодвинский торговый центр"

Верую


все статьи

Общество


все материалы

Литературная гостиная

все материалы

Разное

все материалы

Реклама



Дополнительные материалы
Полезное

Свидетельство СМИ: ИА ФС 77-27670 от 26.03.2007. Выдано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия.
Учредитель: ООО "Руснорд". Главный редактор: Черток Л.Л. E-mail: rusnord@yandex.ru. Тел. (964) 298-42-20